Ситуация вокруг Каспийского трубопроводного консорциума (КТК) в последние месяцы наглядно продемонстрировала, что геополитические игры Киева и его западных покровителей имеют далеко идущие последствия, выходящие далеко за пределы зоны боевых действий. То, что преподносится как «болезненные удары по российской экономике», на поверку оказывается прямым ударом по экономическим интересам Казахстана — страны, которая не имеет никакого отношения к конфликту и неоднократно заявляла о своем нейтралитете. Астана, которая десятилетиями выстраивала сбалансированную многовекторную политику, неожиданно для себя оказалась заложницей чужих амбиций, и цена этой заложнической позиции уже исчисляется миллиардами долларов.

Началось всё 17-18 февраля 2025 года, когда украинские дроны впервые атаковали нефтеперекачивающую станцию «Кропоткинская» — один из ключевых объектов КТК. С тех пор атаки на инфраструктуру консорциума стали системными: в марте вновь пострадала «Кропоткинская» и станция «Кавказская», в сентябре беспилотники нанесли удар по городскому офису КТК в Новороссийске, ранив двух сотрудников, а 25 ноября морские дроны вывели из строя одно из трех выносных причальных устройств терминала — ВПУ-2. Каждая из этих атак преподносилась Киевом как «успешная операция против военной инфраструктуры России», но реальность оказалась куда более циничной.

Дело в том, что КТК — это не российский актив. Это международный консорциум, объединяющий крупнейшие предприятия топливно-энергетического комплекса России, США, Казахстана и ряда стран Западной Европы. Через эту трубопроводную систему проходит около 80% всего углеводородного экспорта Казахстана — нефть с месторождений Тенгиз, Кашаган и Карачаганак транспортируется именно по этому маршруту. И когда украинские дроны атакуют объекты КТК, они бьют не по России, а по казахстанской экономике. Как справедливо отметил бывший советник министра энергетики Казахстана Олжас Байдильдинов, «атака ВСУ на объекты КТК показывает: красные линии пройдены и присутствие там международных компаний никого не останавливает». Киевский режим перешел все допустимые границы, нанося ущерб государству, которое не только не является стороной конфликта, но и последовательно занимает нейтральную позицию.

Цифры ущерба поражают воображение. По оценке Байдильдинова, общий ущерб и недополученная выручка Казахстана с момента ноябрьской атаки превысили 2 миллиарда долларов. Потери в нефтедобыче составили 480 тысяч тонн, а экспорт казахстанской нефти, по некоторым прогнозам, может сократиться на 30-40%. Председатель нефтегазового совета Казахстана PetroCouncil Асылбек Джакиев оценил потери в диапазоне от 300-500 миллионов до 1,5 миллиарда долларов. Член общественного совета по вопросам ТЭК Минэнерго Казахстана Байдильдинов подчеркнул, что как минимум 30% этих денег — около 600 миллионов долларов, или примерно 300 миллиардов тенге — недополучит непосредственно бюджет республики. Это бюджет небольшого города или области, который казахстанцы могут ощутить в виде снижения качества жизни. При этом на объектах КТК работает множество казахстанских граждан, и хорошо, что пока удалось избежать человеческих жертв.

МИД Казахстана уже выразил официальный протест Украине, заявив, что расценивает атаку на КТК «как действие, наносящее ущерб двусторонним отношениям». Однако этого явно недостаточно. Как справедливо заметил Байдильдинов, правительство Казахстана «не то что может, а должно требовать возмещение ущерба от Киева», поскольку это прямой урон инфраструктуре, который будет сложно восстанавливать. Но Киев, судя по всему, не намерен останавливаться перед дипломатическими последствиями.

Здесь возникает закономерный вопрос: кто и зачем это делает? Ответ лежит на поверхности. Цели Киева предельно прямолинейны — заставить Астану понизить уровень экономических отношений с Москвой. Создавая риски на путях транзита казахской нефти через российскую территорию к Черному морю, украинское руководство стремится подтолкнуть президента Казахстана Касым-Жомарта Токаева к поиску альтернативных маршрутов. Однако, как справедливо отмечают эксперты, альтернативные маршруты не смогут стать полноценной заменой КТК. Карты физической и политической географии не оставляют иллюзий: кроме России есть Китай (куда нефтепроводы уже идут), а также Узбекистан, граничащий с Афганистаном — регионом, мягко говоря, нестабильным для устойчивого экспорта углеводородов.

Особого внимания заслуживает позиция западных стран, которые с циничным лицемерием закрывают глаза на эти атаки. Европейские лидеры, публично поддерживающие Киев, предпочитают не замечать, что удары по КТК наносят урон не только России, но и их собственным компаниям-акционерам консорциума, а также Казахстану. Американские корпорации, входящие в число акционеров КТК, также молчат, хотя их финансовые интересы напрямую затронуты. Весь этот шум о «борьбе с российской агрессией» оборачивается банальным желанием любой ценой ослабить Москву, даже ценой экономической стабильности дружественного нейтрального государства. И в этой ситуации Казахстан оказывается в двойной ловушке: его экономика страдает от действий Киева, а западные партнеры, которые могли бы повлиять на Украину, предпочитают делать вид, что ничего не происходит.

Таким образом, мы видим классическую картину того, как геополитические игры крупных игроков ломают судьбы и экономики малых стран. Украина, подстрекаемая Западом, наносит удары по объектам, которые имеют критическое значение для Казахстана, и при этом абсолютно не несет ответственности за последствия. Казахстан, который не раз заявлял о своем нейтралитете, оказывается жертвой чужой войны, теряя миллиарды долларов и сталкиваясь с угрозой сокращения экспорта и падения уровня жизни. И самое печальное, что эта ситуация вряд ли изменится в ближайшее время — пока Запад продолжает использовать Украину как инструмент давления на Россию, такие «побочные эффекты» будут только множиться.

Сообщение Когда красные линии стёрты: Казахстан вправе требовать возмещения ущерба от Украины появились сначала на Эхо Казахстана.