3 сентября 2026 года исследователи Банка России представили работу об ожиданиях экстремального роста цен. Основной массив составили ответы сотрудников регулятора: высокую инфляцию чаще допускали участники старшего возраста и люди, не считавшие момент опроса подходящим для сбережений. Доклад подготовили Юлия Кротова и Генрих Пеникас. Авторы подчёркивают, что изложенные выводы отражают их личную позицию, носят предварительный характер и не считаются официальной оценкой Банка России.

Почему исследователи выбрали инфляцию выше 31%

По итогам 2025 года инфляция в России составила 5,6% — это минимальное значение с 2020 года. При этом, как отмечают авторы, инфляционные ожидания остаются существенно незаякоренными.

Заякоренными экономисты называют ожидания, которые не меняются резко под влиянием отдельных новостей и краткосрочных колебаний цен. В расширенном определении учитывается ещё несколько признаков: близость ожиданий к инфляционной цели, небольшой разброс оценок и низкая вероятность экстремальных сценариев.

Последний критерий и стал предметом исследования. Под высокой инфляцией авторы понимали рост цен более чем на 31% в следующие 12 месяцев. Отдельно рассматривались три диапазона: 31–40%, 41–50% и 51% или больше.

Такие данные собираются редко. По сведениям авторов, систематические опросы, в которых респонденты оценивают целое распределение будущей инфляции, проводятся в России, Белоруссии, Евросоюзе, Канаде и США.

Средний вес экстремальных сценариев достиг 13%

Участникам предлагали 13 вариантов изменения цен — от их снижения до роста более чем на 51%. Каждый сценарий нужно было оценить по шкале от 1 до 10, где единица означала наименьшую, а десятка — наибольшую вероятность.

После этого баллы пересчитывали с учётом всех ответов человека. Полученный показатель нельзя напрямую приравнивать к прогнозу инфляции или к ответу на вопрос: «Какова вероятность роста цен более чем на 31%?»

В основной выборке средний расчётный вес экстремальных сценариев составил 13%, медианный — 10%. На диапазон инфляции 31–40% пришлось в среднем 5%, на диапазоны 41–50% и от 51% — ещё по 4%.

Распределение ответов оказалось широким. У четверти наблюдений расчётная вероятность инфляции выше 31% была нулевой, медианное значение достигало 10%, а граница верхней четверти — 20%. Максимальный показатель в очищенной выборке составил 86%.

Для сравнения авторы использовали данные общероссийского опроса инФОМ за май 2024 года. Там среднее значение также составило 13%, но медиана была ниже — 7%. У четверти респондентов показатель превышал 22%, а максимальное значение доходило до 100%.

Формулировка вопроса заметно меняла ответы

В мае 2026 года исследователи отдельно сопоставили два способа оценки инфляционных сценариев. В эксперименте участвовали 77 человек: им предлагали распределить вероятности в процентах, а также выставить баллы по шкале.

Направление ответов совпало, но абсолютные значения заметно различались. Авторы заключили, что прямые процентные оценки необходимо дополнительно нормировать. Иначе результат может зависеть не только от ожиданий человека, но и от формы вопроса.

Этот эксперимент объясняет, почему показатель в 13% требует осторожной интерпретации. Это расчётный вес нескольких неблагоприятных сценариев, полученный из распределённых респондентами баллов, а не доля людей, уверенных в неизбежности такой инфляции.

Пик ожиданий пришёлся на декабрь 2025 года

Традиционные инфляционные ожидания и оценки экстремальных сценариев двигались по-разному. Первый показатель достиг максимума в январе 2025 года. Пик расчётной вероятности инфляции выше 31% был зафиксирован позднее — в декабре.

С мая по декабрь 2025 года участники всё чаще допускали особенно сильный рост цен. Авторы предполагают, что на ответы могли повлиять ожидания от повышения НДС, акцизов и других платежей. После декабря расчётная вероятность экстремальной инфляции начала снижаться.

Амплитуда традиционных инфляционных ожиданий в опросах сотрудников ЦБ и инФОМ не превышала 5 процентных пунктов. У нового показателя она составила более 10 пунктов даже без учёта первой волны, проведённой по другой методике.

Исследователи называют такую динамику признаком усиления заякоренности инфляционных ожиданий с конца 2025 года. Вместе с тем они предупреждают: имеющихся данных недостаточно, чтобы считать ожидания полностью устойчивыми.

Значение этой проблемы ранее отмечала глава Банка России Эльвира Набиуллина. «Нам было бы комфортнее проводить денежно-кредитную политику, если бы [инфляционные] ожидания были заякорены на более низком уровне», — говорила она на пресс-конференции 24 апреля 2026 года.

Возраст и отношение к сбережениям дали устойчивый результат

После статистических проверок авторы выделили два устойчивых фактора. Первый — возраст: участники старшего возраста присваивали более высокий вес сценариям резкого роста цен.

Зависимость оказалась нелинейной. Поэтому нельзя утверждать, что каждый дополнительный год одинаково увеличивает оценку вероятности высокой инфляции. Исследование показывает общее направление связи, а не универсальный коэффициент для любого возраста.

Второй фактор — оценка момента для сбережений. Те, кто считал время подходящим для накоплений, ниже оценивали вероятность инфляции более 31%. В основной модели повышение оценки благоприятности момента на одну ступень соответствовало снижению показателя на 3,49 процентного пункта.

Материальное положение тоже влияло на ответы, хотя этот результат оказался менее устойчивым. После добавления соответствующего показателя выборка сократилась до 3711 наблюдений. Повышение самооценки финансового положения на одну ступень сопровождалось снижением расчётной вероятности экстремальной инфляции на 1,41 процентного пункта.

Финансовая грамотность проявилась только в отношении наиболее тяжёлого сценария. Лучше разбиравшиеся в финансах участники ниже оценивали вероятность инфляции от 51%. Для остальных диапазонов устойчивого эффекта не обнаружено.

Образование имело статистическое значение в опросе инФОМ, но не в основной выборке сотрудников ЦБ. В общероссийском исследовании более образованные участники давали более низкие оценки вероятности экстремального роста цен.

Результаты по полу оказались противоположными. В выборке сотрудников Банка России мужчины выше оценивали вероятность большой инфляции, а в опросе инФОМ — ниже. Поэтому пол не вошёл в число устойчивых факторов.

Повторные вопросы могли усиливать внимание к инфляции

Отдельный результат касается частоты участия в опросах. Чем чаще сотрудники отвечали на вопросы о ценах, тем более высокий вес они присваивали экстремальным сценариям.

Авторы допускают влияние информационного фона. Постоянные подробные вопросы об инфляции могут заставлять человека чаще возвращаться к этой теме и внимательнее рассматривать неблагоприятные варианты.

Однако этот эффект оказался менее устойчивым, чем связь с возрастом и отношением к сбережениям. После добавления в модель отдельных переменных для каждой волны опроса его статистическая значимость пропадала.

Основная выборка не представляет всё население России

Исходный массив включал 8351 наблюдение. После удаления 264 выбросов осталось 8087 записей. Основные подробные регрессии построены на 5868 наблюдениях, для которых имелся полный набор необходимых показателей.

Речь идёт не о числе уникальных участников. Опрос представлял собой несбалансированную панель: один сотрудник мог отвечать в нескольких волнах. Средний возраст в основной выборке составлял 46,11 года, доля мужчин — 54%.

В опросах участвовали сотрудники Банка России, не вовлечённые в принятие решений по денежно-кредитной политике. Тем не менее их ответы нельзя автоматически распространять на всех жителей страны.

Для проверки авторы обратились к репрезентативной выборке инФОМ, включавшей 1414 россиян. Она подтвердила направление связи с возрастом и отношением к сбережениям, но по некоторым другим характеристикам результаты различались.

Объясняющая сила линейных моделей оставалась невысокой: коэффициент детерминации в основных расчётах составлял около 7–8%, а в одной из дополнительных спецификаций достигал 11%. Следовательно, обнаруженные факторы описывают только небольшую часть различий между ответами.

Работа фиксирует осторожный позитивный сдвиг: после декабрьского пика расчётная вероятность экстремального роста цен стала снижаться. Но подтвердить значение нового показателя можно будет лишь после сопоставления ответов с фактическим потребительским и сберегательным поведением респондентов.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Один разговор может изменить всё: Тамара Глоба назвала три знака, которым в сентябре придётся услышать правду

Лимонная кислота за копейки или дорогой ремонт: сколько сыпать в стиральную машину — и почему ответа для всех нет

Где в октябре тёплое море и меньше погодных рисков: 7 направлений для пляжного отпуска

Срежете всю малину под ноль — останетесь без летних ягод: какую ошибку нельзя допускать осенью

Кабачки больше не жарю: 25 минут при 220 градусах — сверху хрустящая сырная корочка, внутри сочная мякоть

Куриное филе всегда выручает: 3 обалденно вкусных ужина — сливочный, румяный и сытный из одной сковороды

Лунный календарь садовода на сентябрь 2026: благоприятные дни для посадок и осенних работ

Золу под чеснок сыпят не всегда: чем на самом деле подготовить грядку перед осенней посадкой

Добавьте «КУ66» в список избранных в Google Поиске